Наш семейный ужин с начальником

Когда Юля сказала, что пригласила моего начальника на ужин, я сперва не понял подоплёки. Ну, думаю, хочет женушка карьеру мне подтолкнуть, накормить начальника домашним, расположить. Я был не против. Виктор Сергеевич, мой прямой руководитель последние пять лет, мужик в целом нормальный. Чуть за пятьдесят, легкая седина, подтянутый, всегда приятно пахнет. Вдовец.

Юля готовила весь день. Крутилась по кухне в коротком халатике, и я пару раз ловил себя на том, что засматриваюсь на её голые бёдра, когда она тянется к верхней полке за специями. Заметил и другое: халатик она надела без белья. Пизда, ещё не тронутая бритвой, но уже аккуратно подстриженная, мелькала при каждом неосторожном движении. Я хлопнул её по заднице, засмеялся, сказал что-то про озабоченную хозяйку. Она улыбнулась, но как-то слишком загадочно.

— Может, мне и перед шефом так походить? — бросила она через плечо, помешивая соус.

Я замер. В голове что-то щёлкнуло. Она проверяла реакцию.

— Ну, если хочешь, чтобы меня уволили с позором, — отшутился я, но в паху уже начинало теплеть.

— Или повысили, — тихо добавила она, и я услышал, как часто она задышала.

Мы оба всё поняли без слов.

***

Виктор Сергеевич пришёл ровно в семь, с бутылкой хорошего коньяка и коробкой дорогих конфет. Юля встретила его в платье — чёрном, обтягивающем, с вырезом, который при каждом движении грозил обнажить больше дозволенного. Я заметил, как взгляд шефа скользнул по её фигуре оценивающе, по-мужски, а не как у начальника на подчинённую. И я заметил, что мне это нравится.

Ужин прошёл в странной, вибрирующей атмосфере. Мы говорили о работе, о каких-то проектах, но я почти не следил за содержанием разговора. Я смотрел, как Юля подливает гостю вино, как наклоняется, демонстрируя ложбинку груди, как касается его рукава, когда смеётся над его шутками. Моя жена. Моя распутная девочка, которую я трахал сегодня утром, а теперь она сидит напротив и строит глазки моему начальнику.

После ужина переместились в гостиную. Коньяк, приглушённый свет, мягкий диван. Юля села не со мной, а в кресло напротив, подобрав под себя ноги и позволяя платью задраться почти до середины бедра. Я видел, как Виктор Сергеевич всё чаще бросает взгляды туда, где тёмная ткань встречается с бледной кожей.

Решающий момент наступил, когда я вышел в туалет. По дороге обратно я задержался в коридоре, прислушиваясь. Из гостиной доносился негромкий разговор и — я не ослышался — тихий, влажный звук поцелуя.

Я вошёл и увидел картину, от которой мой член встал так резко, что заболело в паху. Юля сидела на коленях у Виктора Сергеевича, его рука лежала на её обнажённом бедре, а вторая уже расстёгивала пуговицы на спине платья. Она обернулась ко мне через плечо, и в её глазах горел знакомый похотливый огонь, смешанный с немым вопросом: «Ты не против?»

Я молча сел в кресло и кивнул.

— Юля, какая же ты у него блядь, — хрипло произнёс шеф, и от этих слов, произнесённых голосом человека, которого я привык видеть на планёрках, меня передёрнуло от возбуждения.

Дальше всё покатилось быстро, словно прорвало плотину.

Платье полетело на пол. Юля осталась в одних чулках — она специально надела пояс, моя любимая деталь, — и теперь стояла перед двумя взрослыми мужиками, тяжело дыша и потирая бёдра друг о друга. Её соски, твёрдые и тёмные, торчали вперёд, а между ног уже блестела дорожка.

— Иди к мужу, — скомандовал Виктор Сергеевич. — Покажи ему, какая ты мокрая.

Юля подошла ко мне, развела ноги и опустилась на мои колени, прижавшись промежностью к моей ширинке. Ткань сразу намокла. Я чувствовал жар её пизды даже через джинсы. Она потянулась к моему рту, но шеф перебил:

— Нет. Муж будет смотреть. Сейчас ты работаешь со мной.

Он поднялся. Солидный, крупный, с заметным стояком под брюками. Расстегнул ремень, и Юля, словно загипнотизированная, сползла с меня на пол, встав перед ним на колени. Её пальцы ловко справились с молнией, и член начальника, толстый, с выраженной веной по всей длине, вырвался наружу.

Она взяла его в рот. Не так, как берёт у меня, — медленно, с ленцой, — а жадно, захлёбываясь, заглатывая до самого основания, издавая те самые пошлые булькающие звуки, от которых у меня всегда сносит крышу. Виктор Сергеевич держал её за затылок, не давая отстраниться, и глядел на меня поверх её головы. В его глазах читалось: «Видишь? Твоя жена. Здесь. Со мной».

Я дрочил через штаны, не в силах отвести взгляд. Сперма и слюна стекали по подбородку Юли, она хватала воздух носом, когда шеф позволял ей передохнуть, и снова насаживалась на член с каким-то отчаянным удовольствием.

— Хватит, — выдохнул он. — Иди к мужу, пусть он тоже участвует.

Я наконец расстегнул ширинку. Мой член, мокрый от собственной смазки, упёрся Юле в губы, и она приняла его с той же жадностью, с какой только что сосала другого мужчину. Вкус чужой плоти на её языке, слюна, смешанная с предэякулятом начальника, — всё это сводило с ума. Я чувствовал запах Виктора Сергеевича на её лице.

Потом они расположились на диване. Шеф сидел, откинувшись, а Юля взобралась на него сверху, направляя его член в своё разгорячённое, текущее нутро. Она села медленно, с протяжным стоном, и её пизда с чавкающим звуком поглотила его до конца.

Я подошёл сбоку. Просто смотрел, как налитые половые губы жены растягиваются вокруг чужого ствола, как она поднимается и опускается, оставляя белые кольца выделений на его коже. Потом взял её за подбородок и повернул к себе.

— Ты шлюха, — сказал я тихо, почти беззлобно.

— Да, — всхлипнула она, насаживаясь сильнее. — Я твоя шлюха. Твоя и его.

Виктор Сергеевич перехватил инициативу. Он перевернул её, поставил раком на диване и вошёл сзади — резко, глубоко, так что Юля вскрикнула и вцепилась пальцами в обивку. Её попка, белая и округлая, заходила ходуном от мощных толчков. Я видел, как её анус сжимается и разжимается в такт движениям, и, не выдержав, подошёл ближе.

— Можно? — спросил я то ли у неё, то ли у него.

— Валяй, — выдохнул шеф, сбавляя темп.

Я плюнул на пальцы, растёр слюну по Юлиному анусу и, пристроившись, начал входить. Узко. Очень узко. Но она была такая мокрая и разгорячённая, что через несколько bukvoeb.run толчков дырочка поддалась. Я вошёл полностью и замер, чувствуя, как член начальника двигается во влагалище буквально через тонкую перегородку плоти.

Они начали двигаться вместе — сначала несинхронно, мешая друг другу, но быстро поймали ритм. Моя жена, зажатая между двумя мужиками, издавала нечленораздельные звуки, больше похожие на рычание. Её пизда хлюпала, растянутая до предела, а мои яйца шлёпали по её промежности с каждым толчком.

Кончили почти одновременно. Сперма шефа заполнила её влагалище, моя — кишечник. Юля, обессиленная, рухнула лицом в диванные подушки и затихла, только спина вздымалась от частого дыхания.

Мы сидели втроём, потные и опустошённые, молча потягивая коньяк. Юля, придя в себя, скользнула в ванную. Виктор Сергеевич глянул на меня с усмешкой:

— А ты знаешь, в понедельник совещание в десять. Не опаздывай.

— Постараюсь, — ответил я, и мы оба рассмеялись.

Утром, когда шеф ушёл, я разбудил Юлю языком между ног. Она ещё пахла другим мужчиной, и от этого я возбудился моментально. Мы трахались долго, не спеша, и я всё пытался понять — чувствует ли она внутри себя ту сперму, что осталась с ночи.

А в понедельник на совещании мы с Виктором Сергеевичем обменялись рукопожатиями, как обычно. Только он задержал мою ладонь на секунду дольше нужного — и я понял: это был не последний ужин.