Жена отдалась двум грузчикам

Михаил тихо открыл дверь новой квартиры и замер на пороге. Только что заселённый дом ещё пах свежей краской и картоном от коробок. Он вернулся с «работы» на два часа раньше, чем обещал — хотел сделать Марине сюрприз. Шесть дней без неё, шесть дней командировки, и теперь он буквально горел от желания. Услышал в глубине квартиры голоса и тяжёлый стук — видимо, привезли наконец-то ту самую огромную кровать, которую они заказали накануне. Отлично. Он прокрался по коридору, быстро скинул костюм в прихожей, накинул старый домашний халат, который висел на крючке, и бесшумно скользнул в соседнюю комнату — ту самую, где ещё стоял недособранный высокий шкаф-купе. Забрался за него, прижался к стене и затаил дыхание. Из щели между панелями открывался идеальный вид на спальню.

Марина вышла из ванной в своём коротком чёрном шёлковом халатике — том самом, который он подарил ей на годовщину. Ткань едва прикрывала верхнюю треть бёдер, тонкие бретельки натянуты на гладких плечах, а глубокий вырез открывал ложбинку между полной, упругой грудью. Волосы ещё влажные после душа, ноги блестят. Она выглядела чертовски сексуально. И в этот момент в спальню вошли они.

Два грузчика. Крепкие, грубые мужики за сорок. Первый — Виктор, лет сорока семи, здоровый как шкаф, с заметным пузом, которое выпирало из-под потной серой майки, волосатые руки, толстые пальцы, лысеющая голова и тяжёлое, красное лицо. Второй — Роман, чуть помоложе, сорок три, коренастый, с мощными плечами, весь в татуировках на предплечьях, потный после подъёма мебели, коротко стриженный, с небритой щетиной. Они как раз заканчивали ставить на ножки огромную двуспальную кровать.

— Всё, хозяйка, кровать собрали, — прогудел Виктор низким, прокуренным голосом, вытирая руки о штаны. — Матрас уже сверху. Куда ещё коробки-то?

Марина улыбнулась, но Михаил сразу заметил: она стояла чуть напряжённо, переминалась с ноги на ногу, а халатик запахнула плотнее, чем нужно. Он знал эту позу. Она возбуждена. Уже. От этих двух? От их грубого вида, запаха пота, тяжёлых взглядов? Невозможно. Но он чувствовал это кожей — лёгкий, сладковатый аромат её желания уже витал в воздухе.

— Спасибо огромное, ребята, — сказала она мягко. — Без вас я бы вообще не справилась. Может… чаю? Или что-нибудь покрепче? В благодарность.

Роман ухмыльнулся, окинув её с ног до головы долгим, наглым взглядом.

— Да мы бы не отказались, Мариночка. Только вот… может, сначала поможешь нам с «благодарностью» по-другому?

Виктор шагнул ближе, положил тяжёлую ладонь ей на талию поверх шёлка.

— Муж-то на работе, да? Никто не помешает.

Михаил стоял за шкафом, и сердце колотилось так, что казалось, они услышат. Неужели? Вот так сразу? Эти два потных работяги и его идеальная, ухоженная Марина? Она же никогда… Но она не отстранилась. Наоборот — дыхание стало глубже, соски проступили сквозь тонкий шёлк. Она дрожала. Не от страха. От желания.

— Я… не знаю… — прошептала она дрожащим голосом, но когда Виктор медленно потянул за поясок халатика, она даже не попыталась удержать.

Халатик соскользнул на пол одним движением. Марина осталась абсолютно голой. Её тело было совершенством: высокая полная грудь с твёрдыми розовыми сосками, тонкая талия, округлые бёдра, гладко выбритая киска, длинные стройные ноги. Виктор издал довольный рык и сразу схватил её за грудь одной рукой, второй — за упругую попку.

— Ох, какая ты сочная, сука… — выдохнул он и впился ртом в её сосок.

Марина застонала, запрокинула голову. Роман встал сзади, прижался к ней своим уже твёрдым бугром в штанах и запустил пальцы ей между ног.

— Мокрая уже, бля! Смотри, Витя, течёт как река!

Михаил не мог отвести глаз. Его жена, его гордая красавица, стояла между двумя грубыми мужиками, которые мяли её тело, как тесто. Виктор расстегнул ширинку, достал толстый, тяжёлый член — настоящий, рабочий, с набухшей веной и крупной головкой. Без лишних слов он нажал Марине на плечи. Она послушно опустилась на колени прямо на новый ковёр.

— Соси, красавица. Покажи, какая ты благодарная.

Марина обхватила его член обеими руками — он не помещался в одной — и жадно взяла в рот. Глубоко. Сразу. С влажным чавканьем. Роман тем временем тоже вытащил свой — чуть тоньше, но длинный и кривой — и ткнул ей в щёку.

— И мне, шлюшка. По очереди.

Она послушно перешла на него, заглатывая так, что слюни текли по подбородку. Мужики похрюкивали от удовольствия, гладили её по голове, как собачку, и переглядывались с похотливыми ухмылками.

— Ох, ебать… Какая глотка! Мужик-то твой, наверное, такого не видел никогда.

Михаил стоял парализованный. Это было безумие. Его жена — на коленях, голая, с двумя чужими членами по очереди в рту, и она текла так, что капли блестели на её бёдрах. Она хотела этого. Хотела сильно.

Потом они подняли её и бросили на только что собранную кровать. Виктор лёг первым, поставил её сверху и резко насадил на свой толстый ствол. Марина вскрикнула — громко, протяжно — и начала скакать, держась за его волосатую грудь. Роман встал на кровати на колени и сунул ей в рот свой член, трахая её одновременно с двух сторон.

— Вот так, бля! Двойная благодарность! — рычал Виктор, сжимая её бёдра и резко толкаясь вверх.

Они менялись местами. Трахали её по очереди в разных позах: то раком, то на боку, то подняв её ноги себе на плечи. Марина стонала, кричала, подмахивала. Когда Виктор вошёл в неё bukvoeb.run сзади особенно глубоко, она кончила первый раз — сильно, дрожа всем телом.

— А теперь в попку, — сказал Роман, доставая из кармана маленький тюбик смазки (видимо, всегда носил с собой на всякий случай).

Марина даже не возразила. Встала раком, раздвинула сама свои прекрасные ягодицы. Виктор первым вошёл в её тугую попку, растягивая её медленно, но настойчиво. Роман в это время трахал её в рот. Потом они перевернули её и сделали классический бутерброд: Виктор лёг снизу, вошёл в киску, Роман сверху — в попку. Марина оказалась зажата между двумя потными, тяжёлыми телами, и её крики наполнили всю квартиру.

Они трахали её долго. Жёстко. Безжалостно. Кончили оба внутрь — сначала Роман в попку, потом Виктор в киску, заливая её горячим, густым семенем. Марина лежала между ними обессиленная, с растёкшейся по бёдрам спермой, с красными следами от пальцев на груди и бёдрах.

Мужики оделись, похлопали её по попке на прощание и ушли, громко хлопнув дверью.

Михаил дождался, пока всё стихнет. Тихо выбрался из укрытия, переоделся обратно в костюм и выскользнул из квартиры. На улице он сел в машину, подождал десять минут и… позвонил жене.

— Привет, солнышко. Я уже еду домой, раньше освободился. Через полчаса буду.

Голос Марины был чуть хриплый, но счастливый:

— Ой, как здорово! Жду тебя, любимый.

Когда он вошёл в квартиру через полчаса, она встретила его в том же чёрном халатике — уже свежем, после душа. Но Михаил знал, что под ним всё ещё осталось их семя. Он не стал ничего говорить. Просто подхватил её на руки, отнёс в спальню и бросил на новую кровать, которая ещё хранила запах пота и секса.

Он сорвал с неё халатик, раздвинул её ноги и жадно припал ртом к её киске. Вылизывал долго, глубоко, глотая густую смесь их спермы и её соков. Марина стонала, вцепившись в его волосы. Потом он вошёл в неё сам — жёстко, яростно, как никогда раньше. Трахал её так, будто хотел стереть всех предыдущих. И она кончила под ним, сжимая его член внутри себя.

Михаил улыбнулся, чувствуя, как она дрожит в оргазме.

Он оказался лучше. Намного лучше.